02 - 08 сентября 2018   № 22 (2224) Издается с 1990 г.
Закарпатье. С фигой для Киева в кармане
Закарпатье – самый специфический регион Украины сейчас. Областной центр Закарпатья Ужгород находится ближе к двенадцати европейским столицам, чем к столице Украины Киеву. Автомобилей со словацкими, венгерскими и польскими номерами в Закарпатье значительно больше, чем машин с украинской регистрацией. Региональный общественный договор между народом и властью заключается в том, что все закрывают глаза на нарушение закона. Власть не придирается к водителям с машинами на зарубежных номерах; в свою очередь народ помалкивает, глядя на то, как власть обогащается на приграничных операциях. Закарпатье поражает одновременным обилием нищих и дорогих иномарок. Жируют в основном те, кто зарабатывает на близости государственной границы – таможенники, пограничники и контрабандисты. Побираются, преимущественно, представители ромов. Семьдесят процентов местного населения выехали на заработки в Европу. Несмотря на украиноязычность, Закарпатье лояльно относится к России и скептически к свершившемуся в 2014 году государственному перевороту.

Когда житель Хуста направляется по делам во Львов или Ивано-Франковск он говорит: «Я еду на Украину». Карпатский горный хребет фактически является границей, отделяющей Закарпатье от остальной Украиной. Закарпатцы не хотят себя идентифицировать с Украиной, всячески подчёркивая самобытность и автономность своего края. В Хустском и Виноградовском районах нет ни одного прихода Украинской Православной Церкви Киевского Патриархата. В этих районах практически нет участников АТО – войну на Донбассе закарпатцы сочли чужой для себя. Закарпатцы готовы защищать только свои дома и свой кусок хлеба, связанный с государственной границей, а находящийся за тысячу километров Донбасс их мало волнует. Когда члены ультранационалистической организации «Свобода» приехали в Закарпатье хоронить своего однопартийца, погибшего на Донбассе, и потребовали от местных встать на колени, когда ехал катафалк с убитым военным, то их послали куда подальше. Закарпатцы не считают героями тех, кто воевал за Украину на Донбассе и не становятся на колени перед катафалками с атошниками как галичане.

В восемь утра центр Хуста полон – горожане пьют кофе на открытых площадках заведений и обсуждают планы на день. В восемь вечера Хуст пуст – граждане стремятся к семьям и конец дня проводят дома. Закарпатье – регион жаворонков и ранних дел мастеров. После обеда застать на рабочем месте судью, врача и чиновника практически невозможно. Все вопросы закарпатцы привыкли решать в первой половине дня – официальное расписание работы в государственных органах является лишь бюрократической формальностью. Сила Закарпатья – в самоорганизации местных жителей. Здесь готовы стоять горой друг за друга - сельчане брали в кольцо гонцов из военкомата и заставляли порвать повестки. Закарпатцы на неформальных сходках определяют приоритеты для своего места и сами скидываются на ремонт дорог, строительство спортивных площадок или газификацию. Конечно, перед выборами они с радостью берут дары от кандидатов в депутаты и мэры, но всё равно в основном надеются на собственные силы. Закарпатцы стараются как можно меньше пересекаться с украинской государственностью. «Мы у вас ничего не просим – главное, дайте нам спокойно зарабатывать и не вмешивайтесь в нашу жизнь» - подобной формулировкой можно описать требования закарпатцев к украинскому государству. К официальному Киеву и действующей украинской власти отношение у закарпатцев скептическое, презрительное, крайне недовольное. В феврале 2016 года в Ужгороде в годовщину расстрела на Майдане Незалежности помянуть погибших вышли от силы два десятка человек – это наилучший индикатор отношения Закарпатья к событиям, случившимся в Киеве.

Советская власть одним росчерком пера записала тысячи русинов в украинцы. Нацию с тысячелетней историей фактически насильно растворили в украинстве. Подкарпатская Русь была одной из пяти земель, составлявших чехословацкое государство в межвоенный период. При Чехословакии русины имели своих представителей в парламенте. А вот СССР русинов предпочел демонстративно не замечать. Существует меткое выражение, что Европа — это где у домиков крыша из красной черепицы. Так вот тогда Закарпатье действительно Европа, потому что преобладают одно и двухэтажные домики еще австро-венгерской постройки, и конструктивистские здания, возведенные при Чехословакии. Советской архитектуры совсем немного. Закарпатье – край яблок и винограда. Виноградная лоза и яблоневая ветвь повсеместно рвутся на тротуары сквозь невысокие заборы закарпатских усадьб. Осенью на узкие дорогах между Мукачево и Раховом полно фур, переполненных яблоками. Из них будут изготовлять соки и джемы для всей Украины и не только.

С украинской стороны на карте значится Тячев, с румынской – Teceu Mic. Сталин решил провести послевоенную границу по реке Тиса и некогда единый населенный пункт оказался разделенным надвое в составе разных государств. Разрушенный войной мост так и не восстановили - жители некогда единого городка теперь совсем разрознены. Граница – главная кормилица Закарпатья. Если с украинской стороны нелегально в Евросоюз перебрасываются сигареты и не расфасованный табак, то из Европы в Украину тайком везут стройматериалы. Ночью перебросил мешок с сигаретами через Тису и вот тебе доход. Естественно, ходоки горными тропами делятся с таможенниками и пограничниками. Круговая порука. Вывоз леса и наркотраффик - это отдельная тема.

Каждый закарпатец мечтает иметь в собственности личный метр государственной границы, а на происходящее в Киеве ему наплевать. Главное, чтобы не лезли со своими киевскими порядками в закарпатский дом. В регионе традиционно силен клан Балоги и Медведчука. На президентских выборах Виктор Балога будет работать в команде Анатолия Гриценко, а Медведчук сфокусируется на притяжении симпатий юго-восточных избирателей, хотя вроде пока официально и не собирается баллотироваться. О парламентских выборах разговор зайдет уже после президентской кампании. В 2018 году был наконец-то открыт обновленный бескидский железнодорожный тоннель, связывающий Мукачево со Львовом. Пару лет назад мне говорили, что после открытия тоннеля может начаться всплеск ирредентистских настроений в регионе – мол пусть нам Украина достроит тоннель, а потом уже можно и уходить от неё. Но пока в Закарпатье всё тихо и спокойно. В Ужгороде на местном телевизионном «21 канале» вечерние новости выходят на венгерском языке – это лучший индикатор отношения Закарпатья и местных жителей к Украине, её культуре и государственности. Закарпатье – это бомба замедленного действия для Украины, которая может взорваться в самый неподходящий момент. Только в Закарпатье ВСУ не сможет устроить бойню как на Донбассе – во-первых, горная местность не оставляет особого пространства для военных манёвров; во-вторых, закарпатцы прозорливо обзаводятся паспортами стран Евросоюза – Брюссель вряд ли даст столь легко расстреливать своих граждан, как жителей Донбасса. Закарпатье де-факто уже давно автономно существует в составе Украины. Пора автономию Закарпатья закрепить и де-юре. Нужно это, прежде всего, для сохранения территориальной целостности Украины. В 1991 году 78% процентов проголосовали на референдуме за автономию Закарпатья – будь референдум сейчас, то идея автономии найдет как минимум не меньше сторонников среди жителей Берегово, Хуста и Тячева.




Центральная редакция:
Адрес: Тел. +7-499-965-69-37, 89197736146, Факс: (495) 641-04-57
Электронная почта:   rosvesty@yandex.ru  
All rights reserved. «Российские Вести» 2002-2018 ©