31 марта - 06 апреля 2017   № 2-4(2193) Издается с 1990 г.
Перестройка оттепели
Внутренняя политика после ухода Вячеслава Володина
Зеркало внутренней политики - кадры. Именно они либо способны эффективно вырабатывать и реализовать принятые решения, либо нивелировать даже спущенные сверху решения на тормозах или дезавуировать их настолько, что они становятся в лучшем случае бесполезными. В отличие от федеральных решений, последствия которых имеют отложенное действие, «проколы» на региональном уровне проявляются почти сразу.

Предшественник нынешнего руководителя внутриполитического блока администрации президента не просто их расставлял, он их в буквальном смысле слова пестовал. За годы его работы на этом посту был сформирован системный подход к обучению и формированию того самого слоя управленцев, занимающихся проблемами внутренней политики как на региональном, так и на федеральном уровнях. Энергично, но достаточно оперативно был переформатирован блок администрации президента, отвечающий за внутреннюю политику, по сути, на новом уровне организовано разделение функциональной ответственности, взаимодействие между информационными, аналитическими и организационно-кадровыми подразделениями. В общей канве задач было определено место и партийным, и общественно-политическим структурам, таким как Общественная Палата и ОНФ, некоммерческому сектору. Далее следовали региональные менеджеры – заместители губернаторов по внутренней политике, подавляющее большинство назначений которых ко времени «смены караула» во внутриполитическом блоке было согласовано с управлением внутренней политики. И на каждом из этих направлений постепенно расставлялись менеджеры-чиновники, способные и готовые воспринимать сигналы-импульсы по регулированию региональных элитных конфликтов и формированию исполнительных и представительных органов региональной власти. Такой же подход переносился на региональные общественно-политические структуры. Особой темой, конечно же, стояла и тема протестных настроений и выступлений, – в том числе и на региональном уровне.

Кадровая политика Сергея Кириенко нынешнего периода напоминает начало его управленческой деятельности и на посту полпреда в Приволжском федеральном округе – нет здесь резких замен, кардинальных перестановок в эшелонах кадровой ответственности первого заместителя главы президентской администрации. Нет и оперативных, энергичных проектов, предполагающих эффект «здесь и сейчас», нет публичного обозначения конкретных направлений, публичной дискуссии об путях и методах решения конкретных проблем внутренней политики. Из него, по сути, до определенного времени был выключен широкий слой профессиональных политологов и технологов, ранее на регулярной основе консультирующий управление внутренней политики и департамент общественных проектов. И только декларация о создании нового института политического анализа ситуации вносит хоть какое-то обнадеживающее настроение.

Прошедшая за время смены ротация губернаторского корпуса в реальности внесла еще больше сумятицы. Проведенная в непривычно мягком, уважительном стиле, она, эта ротация, тем не менее была проведена с традиционной установкой – низкий рейтинг, элитные конфликты обмениваются на новую надежду на эффективных управленцев из президентского резерва и перспективой получения высокого результата на выборах. Но на этот раз весьма серьезно усиливается риск отторжения от повторения - этот прием в некоторых субъектах уже используется вторично, поэтому и отношение к повторному «варягу» может быть не столь восторженное, как при первом назначении. А число людей, которые откровенно настроены на свое отторжение от политики, как свидетельствуют опросы, только растет…

Как отметили обозреватели, перемены не коснулись губернаторов регионов, в которых активно представлена деятельность «Росатома». Хотя сомнений в том, что там все «болевые точки» давно и хорошо известны нынешним управленцам, нет и в помине. Выдерживается некая «этическая пауза»?Или все-таки перезагрузка произойдет в будущем? Ответ на этот вопрос лежит не только, а скорее не сколько в плоскости стиля кадровой политики и уровня влияния государственных корпораций на саму эффективность внутренней политики. Он определяется и той самой неширокой кадровой скамейкой, принцип отбора на которую тоже является своеобразной тайно полишинеля.

Но все-таки исключения из общих правил были. Это назначение исполняющим обязанности глав Удмуртии и Марий-Эл. В первом случае предложение, от которого нельзя было отказаться, получил бывший председатель Общественной Палаты и сопредседатель ОНФ Александр Бречалов, который демонстрировал высокую публичную активность и рассматривался как один из перспективных политических менеджеров, в том числе в плане кадровых назначений в администрации президента. «Ни дня опыта государственной службы» создавали при его назначении главой промышленно-развитой, национальной республики прецедент кадрового решения – теперь в реальную власть может пробиться не только чиновник, силовик, или политик, но и откровенный общественник, и при этом не депутат. При этом не лишним будет вспомнить, что еще совсем недавно Бречалову прочили куда более весомые федеральные должности, но видимо региональное испытание оказалось более востребованным.

Это кадровое решение уравновесило назначение главой республики Мари Эл бывшего заместителя С.В. Кириенко по Приволжскому федеральному округу. То есть, как выяснилось, в обойме кадровых решений оказалось место и менеджерам, проверенным совместной политической работой.

При этом, как отметили региональные аналитики, процесс замены губернаторского корпуса дополняется сменой и заместителей глав субъекта по внутренней политике, среди них не так уж и много новых лиц. Как правило, это чиновники уже имеющие опыт такой работы в предшествующее время, и участвовавшие в реализации тех или иных проектов нынешним составом руководства УВП. Черпаются кадры для блоков региональных администраций из числа муниципальных чиновников городов присутствия «Росатома» - в том же Севастополе успешно осваивает внутриполитическую ниву бывший мэр ЗАТО из Пензенской области, рекрутирован на помощь 30 - летнему врио калининградского губернатора муниципальный чиновник из Свердловской области. Но и впечатляющих муниципальных и региональных политических проектов не появилось.

Особым звеном в системе влияния на внутриполитические процессы стоят аппараты полпредов в федеральных округах, в которых тоже происходят кадровые изменения. Периодически возникающие разговоры о том, что эта структура также нуждается в модернизации, остаются без последствий. Так же как и дискуссия о том, что из федерального ведения, контроля и надзора надо передавать на региональный, и как губернаторам на практике подкреплять свою персональную ответственность за положение дел в регионе эффективностью работы федеральных территориальных структур.

Пока же в регионах, где предстоят выборы губернаторов, по имеющейся информации, приступили к работе команды приезжих политтехнологов. Сама же реальная работа по достижению впечатляющих результатов идет неторопливо, в традиционной манере, присущей былым годам «манипуляционных технологий». Предварительный анализ участников партийных праймеризов настраивает их на откровенно декоративный характер, который призван только повысить узнаваемость основного кандидата. И это укладывается в общее стремление предать в целом выборному процессу характер референдума. Как в таких условиях обеспечить высокую явку, а вместе с ней и необходимую легитимность власти остается загадкой.

Политологическое сообщество теряется в прогнозах: понятно, что создаваемая ранее система «управляемой конкуренции и открытости»не будет развиваться, но и не факт, что будет сразу подвергнута быстрому демонтажу, так же как и возрождение «управляемого хаоса», которым был характерен период управления во времена Владислава Суркова. И это создает серьезную неопределенность в отношении перспектив друг институтов политической системы - партий, и прежде всего «Единой России», Народного Фронта, общественных организаций во главе с Общественной Палатой, новая роль которой пока выглядит туманной, также как и кандидатура ее председателя. Но кадровые перестановки в этих структурах, особенно в исполнительных органах, дело не такого уж далекого будущего.

Пока же, и с этим соглашается большинство аналитиков, с которыми довелось побеседовать обозревателю РВ, -впервые за долгое время эти структуры предоставлены сами себе – они не получают ни импульсов, ни указаний, ни «накачек» со Старой Площади. Для них, привыкших работать в режиме ручного управления, такое положение оказалось непривычным, и даже в чем-то некомфортным. Отсюда и резке снижение и без того невысокой политической активности региональных партийных организаций, и уход в откровенную «тимуровщину» общественных структур… На этом фоне возникший муниципальный кризис в Подмосковье заставляет задуматься о том, что реальные процессы региональной политической жизни продолжают жить сами по себе. Так же как и - протестные, определенную озабоченность вызывает и нарастание региональных элитных противоречий, которые раньше регулировались в ручном режиме, а сейчас постепенно выходят из под контроля.

Так или иначе, затягивающееся ожидание перемен, а точнее – перестройки самой системы, способной не только реагировать на изменения внутриполитической ситуации, а предвидеть и предотвращать их, грозит не только общественным разочарованием, но отчуждением, на волне которого могут развиться совсем не благоприятные тенденции для тех же общественных настроений на региональном уровне. А это уже будет серьезная внутриполитическая проблема.

12.04.2017



Автор - Алексей Александров

Центральная редакция:
Адрес: Тел. +7-499-965-69-37, 89197736146, Факс: (495) 641-04-57
Электронная почта:   rosvesty@yandex.ru  
All rights reserved. «Российские Вести» 2002-2017 ©