08 - 14 августа 2014   № 14-16 (2144) Издается с 1990 г.
Новая эра американской экономической политики
Сланцевый газ как средство достижения стратегических целей
Барак Обама в своих выступлениях уделяет много внимания разработке сланцевого газа. Президент проводит аналогию с Саудовской Аравией, давая понять, что США могут стать крупнейшим в мире производителем природного газа, и заявляет, что его хватит Америке почти на 100 лет, и что администрация сделает все возможное для безопасного развития этого ресурса. Понятно, что природный газ дает энергию, которая способна ускорить энергетическое развитие США и обеспечить улучшение экологической обстановки в стране. «Америка будет развивать этот ресурс без риска для здоровья и безопасности наших граждан», — заявил Обама.

США постепенно меняют всю экономическую политику. Страна из главного мирового импортера нефти и газа превращается в экспортера и начинает не только увеличивать внутреннее производство, но и резко улучшает свою конкурентоспособность по сравнению с Европой и Азией. По данным IHS (IHS Inc. — глобальная информационная американская компания, базируется в Колорадо — прим. авт.) сокращение импорта газа приносит ежегодную экономию США в 100 млрд. долларов. Если учесть сокращение импорта нефти, то экономия удваивается. Развитие сланцевых технологий уже обеспечило создание более 2 миллионов дополнительных рабочих мест (на фоне 12 миллионов безработных). Реально, а не на словах, растет индустриальная мощь американской промышленности и цена газа в стране в три раза меньше, чем в Европе. При этом американская промышленность и сельское хозяйство еще и субсидируются государством.

В стране увеличилось на 8% использование пропана в сельском хозяйстве, а нефтехимическая промышленность на 2% увеличила закупки сырья. «В будущем мы сможем назвать это время поворотным периодом не только для американской экономики, но и для американской промышленности», — официальное мнение представителя Международного энергетического агентства (МЭА).

Для стратегического лидерства в Америке создается новая уникальная ситуация. Развитие сланцевой нефтегазовой промышленности решает задачу полного и главное гарантированного обеспечения сырьем и энергетикой внутреннего производства. Это в свою очередь открывает возможность привлечения внешних инвесторов в создание новой высокотехнологичной промышленности. При этом освобождаются огромные средства и ресурсы, которые тратились для контроля источников сырья во всем мире. Поэтому «геополитическая теория хаоса» может принести для США совершенно новые возможности для собственного развития.

Как только у США появилась возможность оказать мощное влияние на мировые цены на энергоресурсы и предоставить своим друзьям и союзникам альтернативные линии поставок собственного газа, так мы сразу видим, как это реализуется во внешней политике.

В настоящий момент мы можем наблюдать, как сланцевый газ, прежде всего добываемый на территории США, превращается из объекта интереса специализированной прессы в мощный геополитический фактор. С помощью него США планируют оказывать влияние на расстановку сил в новом мировом порядке и сохранять за собой положение ведущей сверхдержавы. На брюссельском саммите США-ЕС, прошедшем 26 марта 2014 года и посвящённом событиям на Украине, президент США Барак Обама предложил европейским странам полностью отказаться от поставок газа со стороны Российской Федерации, заменив их поставками из его страны.

В выступлениях президента США основной упор делался на подписание соглашения о свободной торговле между ЕС и США, являющегося последним препятствием на пути прямых и долгосрочных поставок американского газа в Европу и замещения «Газпрома» в качестве одного из основных поставщиков на этом направлении.

«Мы уже сейчас можем осуществлять экспорт природного газа в объемах, которые превышают потребление в странах Европы. Но он идет на открытый рынок, не точечно, и продается через имеющие лицензии частные компании» — заявил Обама, добавив, что основной вопрос в том, «чтобы на высоком уровне, через наших министров энергетики, договориться о верификации этого процесса, и мы намерены сделать это».

Необходимо напомнить, что в 2013 году экспорт газа из Российской Федерации составил 139,32 млрд. кубометров, то есть вырос на 23,9% по сравнению с 2012 годом.

В том случае, если администрации США удастся добиться успехов на газовом рынке Европы, в их руках окажется возможность оказывать мощное влияние на мировые цены на энергоресурсы. Одновременно с этим, положение единственной сверхдержавы будет подкреплено рычагами экономического воздействия, как на своих союзников, так и на противников. А тем патриотам, которые не сильно интересуются заграничными успехами страны, достанется значительный приток инвестиций в газодобывающую промышленность и инфраструктуру, заметно повышающий благосостояние простого американца.

Новые возможности для влияния на глобальный рынок

США вполне могут себе позволить активировать сложную политическую игру во всех проблемных регионах, объявляя одни оппозиционные группировки представителями восставшего против тирании народа, другие — «ячейками террора или тирании», пытающимися использовать народное возмущение в экстремистских и террористических целях. Одним поставляется помощь, вплоть до оружия, командиры других вносятся в списки целей для американских беспилотников. Избранным государственным лидерам грозят экономическими санкциями, если их деятельность не отвечает интересам США. Нет сомнений, что они могут легко надавить на своих союзников и «вассалов» в различных регионах, чтобы перекрыть финансирование одним и поддержать желательных им оппозиционеров. Таким образом, США могут контролировать в той или иной стране вооружённую оппозицию, даже если вся она будет абсолютно антиамериканской по своим личным убеждениям. Стоит только вовремя перераспределить силы — усилить систему безопасности на одних участках и ослабить на других, — как террористы найдут и реализуют это окно возможностей. При этом никаких прямых указаний и инструкций нет и быть не может — системы контроля нет, а возможность управлять — есть. Такая технология «непрямых действий» отнюдь не нова.

Например, Британия осуществляла ее путем выстраивания сложных конструкций баланса конфликтных интересов. Например, создавалось государство, включающее издавна конфликтующие группы. Ситуация контролировалась путем оказания поддержки той или иной стороне. Наследие этих старых конфликтов — современная карта Ближнего и Среднего востока, особенно такие государства, как Ирак, Пакистан, Афганистан, Сирия, Ливан и Израиль с Палестиной. С самого начала англичане создавали ситуацию, когда конфликт был неизбежен. Ослабляя или усиливая давление на ту или иную сторону, они направляли этот конфликт в нужное русло.

Во время Второй мировой войны англичане передали США свои военные базы в обмен на военную поддержку — Рузвельт поставил им 50 эсминцев и другую боевую технику. Глобальное военное присутствие во всех регионах земного шара — ключевой момент политического влияния. Именно за счет него Британская империя, а с середины XX века — США могут контролировать мировую ситуацию. Но только мощная экономика может поддерживать столь мощную военную машину.

Механизм глобальных управляемых конфликтов очень дорогостоящий, поскольку требует глобального военного присутствия. Но это присутствие не только обеспечивает возможность управлять конфликтами, но и одновременно дает уникальные экономические возможности. В частности, доллар является мировой резервной валютой во многом именно благодаря глобальному военному присутствию и возможности контролировать мировую ситуацию в силовом ключе. Не случайно вместе с передачей военных баз США произошла и фактическая смена резервной мировой валюты с британского фунта стерлингов на доллар США.

Балканская конфликтная зона, «новая Европа» в составе ЕС дают США мощнейшие рычаги воздействия на Евросоюз через НАТО, где у США преобладающее влияние.

При этом остальной мир не надо уговаривать скупать доллары — все делают это с радостью. Единственный способ защититься от наплыва доллара — это скупать его (иначе слабеющий доллар подорвёт конкурентоспособность). К тому же многие страны, такие как Япония, Швейцария, Сингапур мечтают ослабить свои валюты, а единственный способ это сделать — скупать доллары. А военное присутствие как раз нужно, чтобы убедить весь мир, что доллар — это стабильно, надежно и вообще последнее прибежище.

С Россией ещё проще. К двум конфликтным зонам — Кавказ и Средняя Азия, успешно добавлена Украина, которая автоматически втягивает в конфликт Западную Европу. Достаточно США подтолкнуть активность экстремистов в этих направлениях — и Россия окажется в крайне сложном положении. Так что рычаги давления на Россию готовы.

Когда не надо больше беспокоиться об обеспечении страны сырьем, то можно активнее разжигать локальные конфликты. Если исходить из концепции управляемых конфликтов, то понятно, почему США охотно поддерживают нестабильность в Евразии. В каждом конкретном случае причины могут быть разные (Афганистан, Пакистан, Ирак, Египет, Йемен, Ливия, Сирия, Ливан, Судан и т.д.), но результат в целом геополитически выгоден США:

— США остаются в блестящей изоляции от разгорающейся зоны хаоса;

— США располагают не имеющей аналогов в мире глобальной системой радиоэлектронной разведки, позволяющей контролировать мировые информационные коммуникации всех видов;

— США располагают «кнутом» для управления этим хаосом — сетью военных баз и флотом беспилотников — «дронов», позволяющих им ликвидировать отдельных лидеров и ослаблять отдельные группировки;

— США располагают «пряником» — системой непрямой поддержки экстремистских группировок (основной ударной силой «хаотизации») через зависимые от США режимы).

Технология управляемых конфликтов позволяет в любой момент подорвать или ослабить любую другую валюту, кроме доллара. А поскольку весь финансовый мир знает про эту возможность, он воспринимает доллар в нужном ключе. И бизнес устремляется с капиталами в Соединенные Штаты.

США на пути к «реиндустрилизации»

На этом фоне рост добычи газа в США усиливает позиции Америки, создавая новые возможности. В последнее время цена на американский природный газ варьировалась от 2 долларов до 6 долларов за миллион британских тепловых единиц, что эквивалентно от 72 до 200 долларов за 1000 куб. м. Это привело к тому, что правительство ОАЭ уже ведет переговоры о стратегических поставках сырья из США, даже имея дешевый газ из Катара, чтобы не зависеть от одного источника.

Получение дешевого газа при продуманной промышленной политике становится локомотивом стратегического развития экономики страны с увеличением доходов госбюджета и ростом покупательной способности населения, что служит толчком для повышения продуктивности смежных областей и, соответственно, вызывает рост экспорта готовой продукции.

Сводный экономический эффект, получаемый США при разработке запасов сланцевого газа, кратко можно свести к следующим цифрам.

Первая часть — это экономический эффект во время развития инвестиционных вложений с 2010 по 2020 год:

Прямой эффект от разработки и добычи газа: общие рабочие места — 485 000 с фондом заработной платы более 30 миллиардов долларов. Общие вложения — 71,7 миллиарда долларов.

Косвенный и вызванный эффект от инвестирования и переработки — 700 000 рабочих мест с фондом более 37 миллиардов долларов. Общие вложения — 122 миллиарда долларов.

Итого на этапе развития проектов создается более миллиона рабочих мест с фондом заработной платы около 68 миллиардов долларов.

Вторая часть— это доходы после 2020 года, где общий эффект составит:

Постоянно действующих новых рабочих мест 537 000 с фондом оплаты труда в 34, 4 миллиарда долларов.

Общий объем продукции и сопутствующих услуг и финансовых затрат на сумму более 200 миллиардов долларов.

Снижение цены на газ, и, как следствие, снижение цены на электроэнергию, не только повысило конкурентоспособность американской химической промышленности, но и создало условия для развития новых химических производств, а также обеспечило привлечение большого объема инвестиций в химическую отрасль. Это было необходимо для обеспечения и сохранения в долгосрочной перспективе мирового лидерства, что заставило правительство США озаботиться интенсивным развитием промышленности и вынудило приступить к активной разработке сланцевых месторождений. Для финансового обеспечения переработки сланцевого газа уже привлечены и продолжают выделяться значительные инвестиции, которые ускоряют «реиндустрилизацию» страны. Привлекаются средства ведущих корпораций со всего мира.

Особенно важно обратить внимание на то, как в США удается решить комплекс задач стратегического развития экономики по плану новой индустриализации. Идет серьезная плановая работа с привлечением ведущих специалистов.

Химические компании со всего мира объявили о планах строительства новейших производств в Соединенных Штатах. Наибольшая часть инвестиций направлена в экспортноориентированную область, приспособленную к внешним химическим рынкам, где ведущим направлением является производство пластмасс по наиболее передовым технологиям. Эти инвестиции, кроме всего прочего, объективно помогут снизить американский торговый дефицит. Примерно половина от заявленных инвестиций исходит от иностранных фирм. США, при этом, готовятся расширить собственное участие в доле мирового химического рынка, и независимые аналитики считают, что у них есть на это серьезные основания.

По данным Американского совета химической промышленности (American Chemistry Сouncil — АСС) с марта 2013 года публично заявлено о запуске 100 крупных инвестиционных проектов в области химического производства на территории США общей стоимостью 72 миллиарда долларов. Они должны обеспечить 66,8 миллиардов дополнительного ежегодного прироста продукции химической промышленности к 2020 году. Это в свою очередь создаст новые рабочие места в химической отрасли и будет стимулировать производство дополнительной продукции в других отраслях промышленности, т.е. создаст косвенный экономический эффект. Как следствие, объединенный экономический эффект (добавленная продукция в других секторах экономики), достигнет 100 миллиардов долларов добавленной стоимости, что, безусловно, позитивно отразится на государственном бюджете.

Важно подчеркнуть, что сегодня законодательно запрещен экспорт сланцевого газа для стимулирования его внутренней переработки, и только в исключительных случаях экспорт квотируется.

Для более полного понимания экономического эффекта надо учесть и косвенные влияния.

Интенсивное развитие и усовершенствование технологий по добыче сланцевого газа значительно расширили прогнозы по объемам его получения. Первые оценки извлекаемого сланцевого газа были сделаны National Petroleum Council (NPC) в 38 триллионов кубических футов (TCF) в 2003. Позже, Potential Gas Committee (PGC) оценил американские ресурсы сланцевого газа в 1073 TCF в конце 2012.

Соединенные Штаты, по прогнозам, обладают почти 2 700 TCF природного газа. 40% из этого количества приходится на сланцевый газ, который не мог быть ранее извлечен с такой экономической эффективностью. Это позволяет получить устойчивую добычу газа в объеме 23 TCF ежегодно по стабильным ценам для промышленного потребителя в течении 47 лет. Все американские ресурсы природного газа оцениваются как достаточно большие, и никаких затруднений по его добыче в ближайшие 115 лет не предвидится.

Новые поставки сланцевого газа сильно уменьшили для США газовый импорт из Канады. А получение сжиженного газа (LNG) из Катара в течение последних нескольких лет прекращается.

Сильное влияние на ценообразование имеет состав сланцевого газа, который содержит большое количество компонентов, кроме метана. После технологического «отделения» этих компонентов, они продаются производителями как самостоятельные продукты, что позволяет уменьшить стоимость газа. В результате средние цены на природный газ упали с 7,33 долларов за тысячу кубических футов в 2005 до 3,65 долларов за тысячу кубических футов в 2009 году. В 2010 и 2011 годах из-за развития химического производства среднесуточное потребление повысилось до 66,9 BCF (bcf — Billion cubic feet; 1 bcf = 0.83 million tons of oil equivalent) и цены увеличились до 4,12 доллара за тысячу кубических футов.

Но умеренная зима 2011 — 12 года и увеличение добычи привели к рекордному уровню запасов и цены упали еще ниже — до 2,79 долларов за тысячу кубических футов.

Можно сравнивать цены на газ для потребителей в разных странах по усредненной цене за 2012 год (для разных категорий потребителей существуют различные прейскуранты): на первом месте окажется Саудовская Аравия при цене в 0.75 американских долларов за миллион BTUs (BTU — British thermal unit — единица измерения энергии в английской системе мер) установленные правительством. То есть цены специально установлены государством для повышения конкурентоспособности своей энергоемкой промышленности и особенно химической. При рыночном ценообразовании они находились бы на уровне около 3,00 американских долларов за миллион BTUs по оценкам экспертов АСС. На втором и третьем месте Канада — 2,19 и Мексика— 2,69 американских долларов за миллион BTUs. На четвертом месте США 2,74. Затем идут: Россия — 2,81; Иран — 2,98; Индия — 8,56; Китай — 9,05; Бразилия — 9,46; Британия — 9,48; Германия — 11,86. Для сравнения, одними из крупнейших потребителей являются: Южная Корея — 15,37 и Япония — 15,59 американских долларов за миллион BTUs.

Если рассмотреть цены в более привычных единицах — доллары за 1000 кубических метров, то для промышленных потребителей эти показатели составят в Китае — 260–300, в США — 90–140, в РФ — 100–120.

Так внутренняя цена на газ за 2012 год в США составляла $90-100 за тыс. кубометров для крупных потребителей, что находится на грани себестоимости добычи газа. Прибыль американские компании, которые занимаются добычей сланцевого газа, получают в основном благодаря продаже газового конденсата и выделению дополнительных фракций попутного газа, которые являются сырьем для многих химических производств, а также за счет налоговых преференций. В целом же, «Сланцевая газовая экспансия» может поспособствовать экономическому выздоровлению американской экономики и позволяет реализовать планы по сохранению лидирующих позиций американской промышленности, которые несколько пошатнулась от темпов развития Китая и Индии. По данным Бостонской консалтинговой фирмы (Boston Consulting Group), сегодня в США есть семь ведущих отраслей промышленности: компьютеры и электроника, приборы и электрооборудование, промышленное оборудование, производство мебель, изготовление металлической продукции, изготовление пластмасс и резиновых продуктов и все производство, связанное с транспортом.

С ростом благосостояния населения и одновременно с экономическим ростом, спрос на электричество в США повысится. Кроме того, правила по чистоте промышленных выбросов в атмосферу стимулирует использование природного газа в производстве электроэнергии, что объективно приведет к увеличению спроса на природный газ.

В поисках формулы устойчивого развития

Некоторые обозреватели указывают на неэффективность добычи сланцевого газа, и они были бы правы, если рассматривать только «метановую компоненту». Однако «Сланцевая революция» позволила снизить цены на очень важное для химической промышленности сырье: так цены на этан со своего максимума в 2008 году (93 центов за галлон) снизились до 41 цента за галлон (усредненная цена для всех категорий потребителей). Это обеспечило снижение цены на 56%, что не осталось незамеченным для инвесторов и крупных химических компаний. К тому же из сланцевого газа получают дополнительно и такой ценный продукт, как пропан. Все это способствует возвращению крупных химических производств в США из других регионов. Основной же газ — метан, также является ценным сырьем для химического производства. В заявленной по данным ACC большой инвестиционной программе, которая содержит более 100 проектов по созданию самых современных новых химических мощностей, присутствуют прямые иностранные инвестиции (FDI) от химических компаний Бразилии, Канады, Германии, Индонезии, Саудовской Аравии, Южной Африки, Тайваня, Южной Кореи и других стран.

Самое важное, что эти проекты нацелены на производство новейших высокотехнологичных продуктов (пластиков и композитных материалов) создаваемых на базе последних научных достижений и эффективных и безопасных технологий. Это будет способствовать увеличению устойчивости американской экономики в целом и позволит развивать другие стратегически важные отрасли, обеспечивающие безопасность страны.

Добыча сланцевого газа растет значительно быстрее, чем предположения отечественных аналитиков о его перспективах, так как технологии его получения постоянно совершенствуются. Конечно, существуют риски по поводу экологической чистоты получения сланцевого газа, и есть определенное беспокойство относительно технологии «гидроразрыва» из-за возможности потенциального загрязнения подземных водоносных слоев, используемых для питьевой воды. Беспокойство существует даже в том случае, когда разрыв происходит значительно ниже ресурсов питьевой воды. Безусловно, «местные» запреты или моратории также могут создавать барьеры для инвестиций в частный газовый сектор. Проблема обеднения количества получаемого газа при длительной эксплуатации тоже присутствует. Но технологии совершенствуются, применяется веерное и кустовое бурение, а также метод повторного «гидроразрыва» пласта, что позволяет повысить продуктивность скважин, обеспечивая высокую газоотдачу.

Сейчас разрабатывается революционная технология применения смеси газов для разрыва пласта вместо гидравлического разрыва, экспериментальная технология «пропанового разрыва», которую опробует компания GasFrac Energy, где вместо воды используется пропан или сжиженный газ. Эти газы затем полностью извлекаются из пласта, не воздействуя на окружающую среду. В случае успешной апробации этой технологии снимаются многие риски, связанные с технологией гидроразрыва.

Важное значение для развития сланцевой газодобычи имеют заключения Environmental Protection Agency (федерального агентства США по охране окружающей среды — EPA), которое занимается изучением влияния технологии добычи газа из сланцевых пород на окружающую среду.

Поэтому так важна позиция администрации США по продвижению разработки сланцевого газа для обеспечения энергетической безопасности страны, развития промышленности и создания новых рабочих мест. Федеральные власти предоставляют компаниям, занимающимся добычей сланцевого газа, значительные преференции и кредиты при содействии правительства, а также крупные налоговые льготы.

Многие компании мечтают об экспорте сланцевого газа, для чего нужно получить разрешение Министерство энергетики США. Регулирующие органы не спешат с выдачей таких разрешений, изучая возможный эффект от этого решения для внутреннего рынка страны. В общей сложности власти разрешили экспортировать 6,4 миллиардов кубических футов (181 млн куб. м) газа в день, что составляет примерно 9% от совокупного объема добычи газа в США в 2013 г.

По данным The Wall Street Journal (WSJ), крупнейшие мировые энергетические компании готовы вложить около 500 млрд. долларов в проекты по экспорту сланцевого газа из США и Канады.

Активный интерес к проектам экспорта сжиженного природного газа (СПГ) в США наблюдается со стороны корейских и японских компаний. Многие азиатские компании, такие как CNOOC, PetroChina, Gail, Sinopec, Kogas, инвестируют значительные средства в разработку сланцевых активов, пытаясь не только закрепиться в новом виде бизнеса, но и получить необходимые научно-технические знания.

Итак, основная задача, которую решают американские политики, поддерживая развитие освоения сланцевого газа, — это устойчивое развитие промышленности США.

Анализ специалистов IHS говорит о переориентировании инвестиций из стран «азиатских тигров» в традиционную американскую экономику из-за растущей стоимости рабочей силы на развивающихся рынках, и стагнации развития в развитых экономиках с учетом низких энергетических издержек в США. По их мнению «Вечеринка стран БРИКС окончена, пора выключать свет».

Для того чтобы вернуть устойчивый рост на свою территорию, странам БРИКС нужны масштабные экономические реформы. Мало будет открыть рынки труда и товаров и обеспечить благоприятный инвестиционный климат. Нужно бороться за снижение удельной стоимости рабочей силы при росте производительности труда и низких энергетических и сырьевых тарифах.

Из всего вышеизложенного можно сделать один очень неутешительный вывод для Российского государства: газовая экспансия России в Европу по «лакомым» для нас ценам заканчивается. Отечественный бюджет неизбежно столкнется с проблемой падения доходов в добывающих отраслях — где взять денег и как обеспечить развитие экономики в неконкурентоспособной ситуации.

Необходимо разрабатывать собственную программу стратегического развития экономики с учетом мировых тенденций и делать главный упор на перерабатывающую высокотехнологическую промышленность, а не рассчитывать на иллюзорную стабильность поступлений в государственный бюджет от совершенно «неестественных» монополий. Было бы правильнее использовать прогрессивный мировой опыт таким образом, чтобы перерабатывать природные ресурсы внутри страны и экспортировать высокотехнологическую продукцию. Американская администрация как раз и занимается развитием своей промышленности; очень неохотно торгует сырьем и старается обеспечить рынки сбыта для более дорогого продукта переработки. Только такой подход способен обеспечить развитие собственного производственного потенциала России и стратегический долгосрочный рост российской экономики.

Кстати, заметим, что когда США, на политику которых молятся наши правительственные либералы, задумывают привлекать инвесторов для реиндустриализации в своей нефтехимической промышленности, им и в голову не приходит начинать рекламировать инвестклимат, бороться за места в рейтингах и тому подобное. Они просто обеспечивают инвесторам доступ к дешевому газу и дешевому нефтехимическому сырью. Разумеется, никто в здравом уме в США даже не заикается о необходимости равнодоходности экспортных поставок газа с внутренними продажами — проблема решается просто и «по-рыночному» через жёсткое квотирование экспорта энергоресурсов, а концепцию «равнодоходности» предлагают дикарям из третьего мира.




Центральная редакция:
Адрес: Тел. +7-499-965-69-37, 89197736146, Факс: (495) 641-04-57
Электронная почта:   rosvesty@yandex.ru  
All rights reserved. «Российские Вести» 2002-2018 ©