20 - 26 августа 2013   № 18 (2125) Издается с 1990 г.
Владимир Мартусь: Мечты прекрасны воплощением
Еще не так давно легендарный фрегат «Штандарт», построенный во второй половине 90-х группой энтузиастов из Санкт-Петербурга, был главным «действующим лицом» всероссийского бала выпускников средних школ «Алые паруса». Однако вот уже четыре года корабль не видно ни в одном из российских портов. Обнаружить парусник удалось в польском Щецине, где он принимал участие в празднествах, посвященных окончанию международной регаты The Tall Ships Races.

О том, что сейчас происходит со «Штандартом» и почему корабль не возвращается в Россию в интервью корреспонденту еженедельника «Российские вести» во время морского перехода из Польши в Германию рассказал капитан фрегата Владимир Мартусь.

— Владимир Вячеславович, у Вас фамилия довольно необычная…

— Отец родом с Украины. Откуда произошла фамилия, я не знаю. Хотя пытался раскопать генеалогическое древо, но все пресеклось — один из предков был записан во «враги народа». Информации о нем нет, кто у него был в родне, неизвестно.

— «Штандарт» был построен довольно быстро — за 5 лет. Если не секрет, во сколько обошлось строительство?

— Мы так и не смогли посчитать. Если исходить из того, что дали спонсоры, то это около 1,5 миллиона долларов. При этом администрация города выделила нам бесплатно землю. За электроэнергию мы тоже ничего не платили. «Штандарт» застрахован на сумму в 2 миллиона долларов, но если с кораблем, не дай Бог, что-то случится, другой такой за эти деньги не построить.

— Владельцем корабля является некоммерческое партнерство — проект «Штандарт». Что это за структура?

— При строительстве корабля было создано несколько юридических лиц. Сначала был клуб «Российский мореход», который с течением времени трансформировался в учебный центр. Когда мы построили «Штандарт», стало очевидно, что в рамках учебной организации защиту собственности не обеспечить. Время было лихое, процветало рейдерство. Поэтому решили создать некоммерческое партнерство — проект «Штандарт». Учредители организации — семь частных лиц, которые строили корабль. Сейчас основная нагрузка легла на мои плечи. Я и капитан, и президент, и исполнительный директор.

— У Вас в команде достаточно молодые люди. Почему так складывается?

— Это политика. Все, что мы делаем — это для будущего. А оно в руках молодежи. Я стараюсь, чтобы в экипаж приходили и оставались молодые ребята, которые еще не обросли жизненными шаблонами — одно нельзя, другое нельзя. На корабле они получают опыт, и какой опыт наберут — это их жизненный багаж, который останется с ними. Как так складывается? Когда есть молодежное ядро, то оно таких же молодых ребят и привлекает. Хотя я и не закрываю дорогу на корабль людям зрелого возраста, но если такой человек будет один среди молодежи, то ему, скорее всего, будет некомфортно. Всем трем моим помощникам по 25-27 лет. Они уже 10 лет на фрегате.

— Как молодой человек может попасть на борт «Штандарта»?

— Раньше был только один путь: приходишь на корабль, когда он стоит зимой у причала, показываешь, насколько ты компанейский, работоспособный, мотивированный. Участвуешь в работах по подготовке корабля: шкуришь, красишь, паруса ремонтируешь, лед откалываешь. К весне становится ясно, кто наш, а кто случайный гость. Не каждый волонтер выдержит всю зиму в таком режиме без каких-то обещаний с нашей стороны. В настоящее время такая система осталась. Любой молодой человек может приехать в порт, где корабль стоит зимой, и продемонстрировать свою работоспособность. Важно, чтобы его приняла команда. Это первый способ попадания на корабль. Второй — более простой. Сейчас мы оказались под воздействием кризисного времени, когда корабль не может существовать без дополнительного финансирования. Если есть деньги, но нет времени, то в этом случае можно компенсировать часть расходов за плавание. Однако если ты попадаешь на борт, то ты уже матрос. Пассажиров мы не берем. Круиз с коктейлем в шезлонге — это не про «Штандарт». Если же интересно дергать веревки, стоять вахты, управлять кораблем, тогда к нам. Задача отобрать именно таких ребят. У нас был печальный опыт, когда на фрегат приехала группа с намерением попьянствовать. Пьянство мы прекратили, но удовольствие от плавания никто не получил. Поэтому мы с удвоенной энергией объясняем всем, что это не круиз, а работа и жизненный опыт. Бывали ситуации, когда на корабль приезжали очень состоятельные люди, сходя на берег, они говорили — «Да, это опыт. Но второй раз уже не поедем». А вот молодые ребята приезжают во второй, в третий, в десятый раз.

— Тем не менее, от конфликтных ситуаций на борту никто не застрахован. Люди разные есть. Как в этом случае действуете, особенно, если корабль находится в открытом море?

— Если конфликт настолько глубокий, то я не премину остановить плавание и высадить зачинщика на берег.

— Такое случалось?

— Каждый член команды подписывает определенный контракт. В мои полномочия входит высадить нарушителя в любом месте, если он не соблюдает его условия. Таких случаев, если честно, не было.

— «Штандарт» можно увидеть только в северных морях. Почему не в южных?

— В теплой воде обитает корабельный червь, который мне внушает опасения. Он может повредить корпус корабля, если нет медной обшивки или он незащищен специальным образом. Тем не менее, в этом году в середине октября мы идем зимовать на Канарские острова. Впервые отправляемся в теплые моря.

— Погода на севере оставляет желать лучшего. Нередки шторма…

— Самый лучший шторм — это шторм, который удалось избежать или обойти. Перед выходом в море я всегда тщательно отслеживаю прогноз погоды. Стараюсь не нарываться. Идти без оглядки и случайно попасть в шторм — не могу этого себе позволить.

— «Штандарт» уже 13 лет в море. За эти годы Вам вручили множество подарков. Какой, на Ваш взгляд, самый необычный, а какой самый дорогой?

— Самый необычный — бутылка водки. В конце 90-х, когда мы еще строили корабль, приходит мужик и приносит бутылку водки. По его виду несложно было понять — это последнее, что у него осталось. Он дарит нам эту бутылку со словами: « Ребята, это вам. У вас такое дело». Из самых дорогих подарков — двигатели Volvo, который нам презентовали шведы в 1998 году.

— Как Вы оцениваете узнаваемость бренда «Штандарт» в России и за рубежом? Где Вас лучше знают?

— В Санкт-Петербурге, особенно после 300-летия и «Алых парусов», узнаваемость была очень хорошей. В целом по России она почти нулевая. У нас не было значимых проектов в масштабе страны. Что касается Европы, то, например, в Норвегии меня знают в лицо, так как «Штандарт» снимался там в нескольких фильмах. Хорошо знают парусник в Голландии и Германии. Когда в этих странах проходят большие морские мероприятия, «Штандарт», как правило, на первых ролях. В европейских странах фрегат известен, как исторический учебный парусник. Бизнес-составляющая у нас минимальная. Поэтому все те, кто связан с морем, стараются помочь. Это позволяет выживать, несмотря даже на скудное финансирование.

— «Штандарту», чтобы выжить, приходится брать на борт платных туристов. Как Вы относитесь к тому, что сейчас за деньги можно попасть и на другие российские парусники, в частности «Седов» и «Крузенштерн». Насколько можно судить, с финансированием у них особых проблем нет.

— Ну как можно к этому относиться? В советское время была задача воспитывать гражданина страны с большой буквы. Потом все это кануло. Максимальное недовольство у меня вызывает то, что в России нет осмысленной деятельности по патриотическому воспитанию. Оно настолько замызгано разными псевдопатриотическими проектами. Трудно ожидать от людей какой-то отдачи, движения в сторону страны. В основном все стремятся урвать. Патриотизм — это благодарность молодого человека за заботу. А когда о молодом человеке никакой заботы, о чем можно говорить. Раньше были яхт-клубы, достаточно мощные профсоюзы. На замену ничего не пришло, да и попытки чахлые. Я не вижу равноценной замены тому, что было при советской системе. Соответственно, мы оказываемся в той ситуации, когда все должны выживать. С «Крузенштерном» и «Седовым» не очень понятная ситуация, потому что для них в приоритете профессиональное образование. Оба корабля достаточно хорошо финансируются, нет необходимости в сборе денег. Хотя если корабль приходит в порт, почему бы не пустить публику на борт, не выйти с гостями в море. Не приглашать же просто всех на халяву. Однако если бы у чиновников поднялась рука на подписание средств на подобные цели, то можно было бы устроить мощную пропагандистскую кампанию. Приглашать ключевых людей и рассказывать им про страну. Сегодня возможности парусных кораблей, которые ходят под флагом России, используются лишь на 5 процентов. Возьмите мексиканский корабль «Cuauhtemoc». Вся его команда в роскошной белой форме. Каждый раз, заходя в порт, они организовывают бесплатный прием от имени государства для всех капитанов и местной элиты. Таким образом, я открыл для себя Мексику. Я про нее очень мало знаю, но глядя на корабль, вышколенных моряков, хочется туда съездить и посмотреть.

— Вы затронули тему патриотизма. Раньше «Штандарт» участвовал в «Алых парусах». В последние два года на празднике присутствует шведский парусник «The Kronor Stockholm». Вам не обидно?

— В определенный момент некоторые чиновники бывшей питерской администрации стали подходить к «Штандарту», как к средству для зарабатывания денег. В том плане, что надо делиться. Я такой подход категорически не принял. С этого момента корабль впал в немилость. Последовали бесчисленные проверки. Стало очевидно, что в Санкт-Петербурге «Штандарту» жить не дадут. Было принято решение уйти в Европу. Уже несколько лет мы ждем лучших времен. Хотя на уровне городской администрации, уверен, нас бы сейчас приветствовали. Однако остается уровень министерства транспорта и разных контролирующих организаций. У них подход к «Штандарту» такой, что деревянный корабль по определению не может быть безопасен. Поэтому в Россию нам заходить не следует. Есть пример парусника «Юный Балтиец». Он построен из железа и соответствует всем требованиям морского регистра, но, несмотря на это, последние три года он не отходит от причала — не дают разрешение. Я полагаю, что дело не в корабле, а в менталитете людей, определяющий политику в отношении мореходных судов. Мне кажется, они не заинтересованы в воспитании настоящих моряков.

— Что должно произойти, чтобы «Штандарт» вернулся в Россию?

— На уровне министерства транспорта должно быть принято решение, чтобы для таких кораблей найти нишу в законодательстве. Сейчас исторические суда, деревянные суда никак не регламентируются. И пока не будет целенаправленного политического решения, таким кораблям в России не быть. Вот и будет на «Алых парусах» вместо русского корабля выходит нанятый за бюджетные деньги шведский корабль. Я считаю, что в нашем мире очень важна символика. Иногда мы недооцениваем символ энергетики. Когда «Штандарт» выходил на «Алые паруса», он нес в своем роде послание — смотрите, что можно сделать своими руками, если есть энергия. А когда выходит «The Kronor Stockholm», послание иное — смотрите, что можно купить за деньги. Я верю в то, что какой импульс придашь человеку, в ту сторону он и пойдет. Сейчас импульс очень неправильный.



Автор - Беседовал Михаил Богатырёв

Центральная редакция:
Адрес: Тел. +7-499-965-69-37, 89197736146, Факс: (495) 641-04-57
Электронная почта:   rosvesty@yandex.ru  
All rights reserved. «Российские Вести» 2002-2016 ©