26 декабря - 01 января 2007   № (47)1897 Издается с 1990 г.
«готово, готово — все закончилось»
Радмила Савич — последняя сербка, живущая в Пейтон Плейс в центральной Приштине. До 1999-го это был пригород, населенный в основном сербами. Ей 90 лет, и она пытается дожить последние годы своей жизни в мире на земле и надеется, что ее похоронят на городском православном кладбище рядом с мужем. Но она ни в чем не уверена.

Однажды в прошлом году я навестила ее, и она встретила меня очень беспокойно. Албанские дети на улице швыряли камни в ее дом и кричали ей. Она закрыла ворота и дверь, но крики продолжались: «Готово, готово — все закончилось».

У Радмилы никогда не было проблем со старыми соседями албанцами. К сожалению, дети, бросающие камни, - это дети чужаков, появившихся в районе, и они постоянно бросают в сторону дома если не камни, то оскорбления, а также время от времени рисуют граффити на стенах.

Я познакомилась с Радмилой в селе Велика Хоча в округе Ораховац в 2003 году на сербском фестивале урожая. Ее сопровождали представители КФОР, и тогда она первый раз попросила о помощи, потому что хотела быть похороненной рядом с мужем, Младеном Савичем, который скончался в 1995 году. Такая обычная просьба была совсем не обычной, если знать ситуацию в Приштине. Она хотела, чтобы ее похоронили рядом с покойным мужем на христианском сербском кладбище, которое постоянно подвергается нападениям и осквернению с июня 1999 года. Ее очень смутил ответ, который она получила в миссии ООН, опасаясь, что ей откажут в разрешении на похороны там. Ей сообщили, что похороны могут быть восприняты этническими албанцами как провокация, в то время как непрекращающийся вандализм албанцев над христианскими могилами и церквями провокацией не считает никто. Между прочим, старое еврейское кладбище, примыкающее к православному, также было осквернено. Эти нападения тоже часть необъяснимых и нерасследованных происшествий в Косово, начиная с июня 1999 года.

Радмила родилась в 1917 году и всю замужнюю жизнь прожила в Пейтон Плейс. По ее словам, этот район Приштины до 1999 года был сербским. Все ее соседи-сербы были вынуждены покинуть Приштину, а позднее продать собственность албанцам в 1999 - 2002 гг. В домах сербов на соседних улицах теперь устроены одни из новых гостиниц в Приштине. Большинство уезжало под дулом пистолета, а многие были убиты.

Пейтон Плейс — а точнее, Партизанска улица, дом № 1 — было также местом заключения, устроенного «Армией освобождения Косово» (АОК) для сербов, цыган и прочих, похищенных для пыток и убийств, когда АОК появилась в Приштине в июне 1999 года. Как и многие другие подобные заведения, оно было устроено в подвале невинно выглядевшего дома и считается одним их основных центров заключения в Приштине, в котором пропали многие сербы и цыгане, особенно летом 1999 года.

Я много раз просила ее уехать, поскольку оставаться опасно, но она отвечает, что она стара и беспомощна, следовательно, не представляет угрозы. Я отвечала, что, видимо, албанские дети так не считают. Когда я спросила ее, боится ли она, она сказала, что пережила здесь гораздо более страшные времена. Людей выгоняли из квартир, они в страхе бежали, некоторые были убиты или похищены и никогда не вернулись, и за несколько коротких месяцев вся собственность получила новых владельцев. Это не удивительно, учитывая, что Пейтон Плейс занимает очень выигрышное место в самом центре города Приштины. Албанцам, или точнее АОК хотелось владеть здешней собственностью, а в Косово не важно, кто является владельцем. Важно, кому хочется получить собственность и кто способен убить за нее. Она не знает приезжих, заселивших ее улицу. Она слышала, что некоторые из них приехали из албанских сел, а некоторые из соседней Албании. Она опять подчеркивает, что не может сказать ничего плохого о старых албанских соседях, а вот новых она боится.

В тот день, когда в ее дом бросали камни и кричали «Готово, готово — все закончилось», я заявила об этом двум сотрудникам международной полиции ООН, американцам, и они с тех пор приглядывают за ней. Они также приструнили детей, которые кидали камни.

В другой раз, в январе 2006 года, когда я навестила Радмилу, я была в шоке, увидев ее замерзшую, свернувшуюся под одеялом на софе в комнате, на стенах и окнах которой был лед. Она замерзла почти до смерти. Тогда я просила помощи разобраться в ее ситуации в полиции миссии ООН. С тех пор два американских полицейских помогают ей. Они помогли починить сломавшийся паровой котел, а потом мы скинулись и купили ей печку, чтобы сделать ее жизнь немного комфортнее.

Она продолжает получать счета за коммунальные услуги, некоторые правильные, некоторые очевидно поддельные. Даже ее имя было изменено; теперь оно пишется на албанский манер Савик, а не Савич. Название ее улицы тоже изменено. Иногда в ее счетах за электроэнергию указаны суммы в несколько сотен евро, которые она не в состоянии уплатить и которые вряд ли могли набежать за использование нескольких лампочек и маленького обогревателя. Недавно благодаря помощи двух американских полицейских Радмила приобрела телевизор. Она была в восторге. Но даже пользуясь телевизором, она не могла потратить столько энергии, сколько требует оплатить Косовская электрическая служба (КЭС). Правда, это та самая служба, среди тысяч работников которой нет ни одного серба. Об этом позаботились летом 1999 года, когда английский КФОР появился на электростанциях и приказал всем работникам (включая сербов, албанцев, цыган и бошняков) покинуть рабочие места, заявив, что через несколько недель их наймут снова. Затем появилась АОК, члены которой стали работниками электростанций. Хотя у них не было опыта и профессиональных навыков, а также знания об управлении и работе электростанций, они захватили власть, а все остальное — история. Могу сказать, с тех пор ни одного дня в Косово не прошло без перебоев в подаче электроэнергии, хотя на поддержку этой отрасли европейские налогоплательщики выложили около миллиарда евро.

Дом Радмилы расположен очень выгодно, и ей неоднократно предлагали продать его. Некоторые люди из Турецкого представительства в Приштине даже интересовались, не согласится ли она продать дом им. Хотя она ни разу не давала своего согласия на продажу дома, его нелегально продавали два раза. Она владеет домом и имеет все необходимые документы, подтверждающие то, что она является полноправным собственником. Однако когда она пришла в кадастровый офис, созданный миссией ООН, она выяснила, что ее имя было вычеркнуто из списков владельцев. Сейчас она пытается восстановить свои права.

Подделка и мошенничество применялись дважды, чтобы украсть дом. Это предполагает очень неэффективную и, вероятно, коррумпированную правовую систему и судебную власть, при которой собственность принадлежит тем, кому это хочется, а не тем, кто законно владеет ей или имеет законное правопритязание. Как многократно указывалось различными независимыми наблюдателями, судебная власть в Косово проникнута предубежденностью и боится выносить решения против албанцев. Это можно понять, учитывая реальную угрозу, исходящую от АОК, но почему международное сообщество не делает ничего, чтобы предотвратить угрозы или нападения на свидетелей, передавая закон тем, кто находится на «правильной стороне истории», согласно Западным державам, которые поддерживают АОК.

Один раз, когда дом Радмилы был продан, в документах, сопровождавших сделку, стояла подпись Радмилы Савич, в девичестве Павлович, рожденной в 1977 году, что очевидно не соответствует реальному 90-летнему владельцу дома в Пейтон Плейс.

Ситуация Радмилы не уникальна, и возникает вопрос: зачем все это было сделано?

Неужели НАТО вступило в войну, чтобы преступники и мошенники могли украсть дом у 90-летней женщины, и не один раз, а дважды?

Или НАТО вступило в войну, чтобы Радмила не могла быть похоронена на христианском кладбище рядом с мужем?

А может, НАТО вступило в войну, чтобы Радмила не могла мирно спать ночью, чувствуя себя в опасности?

Или НАТО вступило в войну, чтобы собственность принадлежала тем, кому это хочется, а не тем, кто законно владеет ей или имеет законное правопритязание?

Вопрос: для чего это было сделано?



Автор - Подготовил Владимир Симиндей

 
литовские уши
Литовские власти на днях продемонстрировали чудеса «либерализма и открытости», выставив административные рогатки на пути радиостанции к ушам и сердцам местных слушателей. Гуттаперчевость европейских ценностей свободы слова и информации в исполнении вильнюсских столоначальников вызвана тем, что речь идет о российском радиоканале.

Автор - Владимир Симиндей
Центральная редакция:
Адрес: Тел. +7-499-965-69-37, 89197736146, Факс: (495) 641-04-57
Электронная почта:   rosvesty@yandex.ru  
All rights reserved. «Российские Вести» 2002-2018 ©