26 апреля - 02 мая 2006   № (16) 1818 Издается с 1990 г.
Дорогу инвестициям!
России нужна своя экономическая модель
Удивительное дело: между тем как национальные интересы страны настоятельно требуют трезвой оценки российского потенциала и выработки собственной модели и «инструментария» развития, в новейшей истории России эта, хотя и трудная, но вполне посильная задача до сих пор не решается. При этом во внешней политике стратегия действий России на международной арене уже выработана и реализуется. А вот внутренней экономической стратегии по-прежнему нет, ее разработку и определение четких критериев развития все время подменяют дискуссиями по частным вопросам - будь то судьба Стабфонда или НДС.

Чужие проблемы

В обсуждении российского пути присутствуют две крайности, две полярных точки зрения. За одной из этих точек зрения стоит тезис, что «умом Россию не понять», опыт других стран нам не указ, и остается только находить свой собственный путь в густом тумане. Другая крайняя точка зрения сводится к тому, что Россия не сильно отличается от Ирландии (или другой европейской страны), и поэтому достаточно у нас делать все так, как делали, скажем, ирландцы, и мы быстро придем к такому же успеху. Первая позиция отсылает нас искать путь в мифах, но и вторая не отличается продуктивностью.

Россия - страна уникальная в силу своего географического положения, огромных просторов, демографических и массы других особенностей (так же, как уникальны США или Китай). Так что любая механически принесенная извне модель развития, выработанная на опыте других стран («шведская», «португальская», «китайская» или какая-либо еще), как таковая к России в принципе не применима. Это не означает, однако, что нельзя заимствовать элементы той или иной модели. Тот же Китай, например, обладая собственными уникальными особенностями, сумел достичь серьезных успехов в развитии именно тогда, когда подобрал свой «инструментарий», выборочно заимствуя и соединяя между собой элементы опыта других стран с собственными традициями. Каждый элемент подобен отдельному инструменту, и с учетом российской действительности представляется необходимым и возможным подобрать свой, российский «инструментарий». Хотелось бы при этом уйти от бесплодной борьбы за победу того или иного «изма» (марксизма, социализма, капитализма, либерализма, монетаризма), мыслить не абстрактно-универсальными категориями, а объективно оценить во всей полноте российскую реальность. Многие беды России проистекают от того, что мы раз за разом беремся за решение тех задач, которые перед нами (в отличие от других стран) на самом деле не стоят, механически перенимая чужие решения, и при этом игнорируем необходимость видеть и решать реально существующие проблемы.

Российская специфика

С точки зрения макроэкономики, Россия считается развивающейся страной, то есть уровень доходов населения относительно низок, но при этом имеется потенциал и механизмы для роста. В чем же состоит специфика российской ситуации, определяющая задачи развития страны?

Во-первых, в наличии огромной и максимально разнообразной по своему составу ресурсно-сырьевой базы (в самом широком смысле, включая как возобновляемые, так и невозобновляемые ресурсы). Это означает, что Россия обладает собственным внутренним источником капитала, достаточным для успешной модернизации. Многим развивающимся странам, бедным природными ресурсами (например, Китаю), приходится искусственно занижать уровень жизни, дотируя экспорт за счет населения и используя в качестве главного средства роста чрезвычайно дешевую рабочую силу - другого источника капитала у них нет. У нас ситуация совершенно иная: России нет необходимости развивать промышленность, направленную на массовый экспорт дешевых товаров для получения капитала. Природные ресурсы России - достаточный источник капитала, нужно только правильно использовать средства, полученные от их экспорта.

Во-вторых, в России (в отличие от того же Китая и многих других развивающихся стран) уже давно полностью завершен процесс индустриализации. Кстати говоря, уже хотя бы поэтому все разговоры о «китайской модели развития» для России совершенно неактуальны. В Китае только идет процесс постепенного перетока огромного по численности сельского населения в города, а в России этот процесс давно завершен.

Третьим важным фактором для России является наличие огромного и до сих пор мало освоенного внутреннего потребительского рынка. Несмотря на распад Советского Союза, Россия занимает седьмое место в мире по численности населения (после Китая, Индии, США, Бразилии, Индонезии и Пакистана). Аббревиатура БРИК (Бразилия, Россия, Индия, Китай) отнюдь не случайно включает Россию - речь идет о крупнейших по населению странах, где (в отличие от США и Европы) потребление еще долго будет расти высокими темпами (до перехода основной массы населения на современные стандарты уровня жизни). То есть внутренний потребительский рынок России представляет, с точки зрения бизнеса, огромные перспективы роста - счет здесь должен идти не на проценты (как во Франции или Германии), а в разы. Итак, получается уникально благоприятное для развивающейся страны сочетание: огромные природные ресурсы дают необходимый источник капитала, индустриализация завершена, внутренний потребительский рынок огромен. В большинстве развивающихся стран присутствует лишь один или максимум два из этих факторов, а в России - все три. И тут возникает вопрос: что же тогда мешает экономическому росту?

Структурные барьеры

Такова вкратце специфика российской социально-экономической действительности. Что же препятствует успешному росту экономики (и, естественно, уровня жизни граждан) в индустриальной стране с высокообразованным населением, богатейшими природными ресурсами и необъятным внутренним рынком? По сути дела, только структурные ограничения. Инвестиционных ресурсов сегодня достаточно как у российских государственных и коммерческих банков, так и у международных финансовых институтов (у этих последних лимиты кредитов на Россию год за годом не выбираются). Поэтому дискуссия о необходимости немедленного использования Стабилизационного фонда для инвестиций внутри России безосновательна. У нас не могут освоить те деньги, которые уже выделены.

Инфляция на фоне быстрого роста потребления указывает на то, что население готово покупать и потреблять больше, чем в состоянии предложить бизнес. Спрос есть, средства для инвестиций - тоже. В эффективной рыночной экономике такая ситуация немедленно привела бы к лавинообразному развитию новых производств. Для бизнеса очевидно, что в таких условиях нужно торопиться с захватом рынка, пока тебя не опередили более расторопные, предлагать проекты, бежать за кредитом, заявлять во всеуслышание о намерениях расширяться. Однако российская экономика не готова производить в достаточном количестве те товары, которые население готово покупать.

Наблюдается парадоксальная картина: например, рынок жилья растет, и при этом идет постоянный рост цен на жилье. С точки зрения любого бизнесмена, надо срочно расширять объем и оборот. Если этого не делать, у конкурентов появятся стратегические преимущества, и через несколько лет они вытеснят вас с рынка. Если все же растут цены, а не объемы, значит, бизнес не в состоянии увеличить производство. В строительном секторе это подтверждается простым фактом: за последние полтора десятилетия в России не построено ни одного нового цементного завода. А ведь подобное предприятие - не слишком капиталоемкое, это - не атомная электростанция и не авиационный завод. Почему же вместо того чтобы вкладывать средства в расширение производства цемента, российский бизнес предпочитает удваивать отпускную цену на уже производимый (на старых производственных мощностях) цемент? Множество аналогичных примеров можно привести и в других областях, а вывод один: инвестор не может расширять производство в силу институциональных ограничений. Ссылки на «тотальную коррупцию» и «чиновничий беспредел» сами по себе звучат как отговорки: проблема в том, что эти явления возникают в первую очередь и в основном именно там, где существуют (и притом многочисленные) правовые «лакуны», где нет четких и прозрачных правовых механизмов и схем инвестиционной деятельности.

Дайте людям деньги!

Другой характерный пример: ведущиеся в связи с «национальными проектами» бесконечные дискуссии о том, следует или нет резко повышать зарплату бюджетникам, проще говоря, давать населению деньги или не давать? Не приведет ли этот шаг к чрезмерному росту инфляции? Не говоря уже о том, что речь идет о смехотворных (в масштабах России) суммах, словопрения на эту тему затушевывают главную проблему: при выдаче населению на руки пусть даже большего количества денег (что особенно важно, на 100% обеспеченных золотовалютными резервами Центробанка), цены будут расти не «сами по себе», а лишь потому, что отечественное производство не в состоянии произвести требуемого количества товаров и удовлетворить растущий спрос.

Две идеологии

В соответствии с двумя крупнейшими секторами российской экономики, «сырьевой» и «внутренней», бизнес-элита и следующие за ней аналитическое сообщество предлагают две противоположные идеологии развития страны.

В российском и международном информационном пространстве усиленно «продвигается» экспортно-сырьевая или «глобалистская» идеология: рост объемов экспорта природных ресурсов, дешевый рубль и торможение роста доходов населения (которое, с точки зрения этой идеологии, оказывается, по сути дела, лишним). И даже весьма скромные по своим объемам «национальные проекты» пугают сторонников этой идеологии - а вдруг у россиян окажется на руках «слишком много» денег, и это в конечном итоге увеличит издержки экспорта. То есть любое увеличение доходов населения рассматривается как неизбежное зло, которое нужно минимизировать. Рост доходов населения, с точки зрения этой идеологии, препятствует росту внешней конкурентоспособности России.

Но, к счастью, в российском бизнес-сообществе существует и другая, диаметрально противоположная «внутренняя» или «национальная» идеология, отвечающая как раз интересам населения России. Согласно ей, борьба за внешнюю конкурентоспособность в сфере товаров массового потребления нашей стране не нужна. Нашу нефть и газ, цветные металлы и лес на внешнем рынке будут покупать всегда, и цены на эти и другие природные ресурсы будут только расти - ведь к «золотому миллиарду», потребляющему около 40% мировых ресурсов, сейчас присоединяются еще около 3 миллиардов человек (население Китая, Индии, стран Юго-Восточной Азии, Восточной Европы, бывшего СССР, Латинской Америки). Механизмы роста уровня жизни и потребления в этих странах запущены, а, значит, потребление всех видов природных ресурсов будет расти. Что же касается энергосберегающих технологий, то они в долгосрочной перспективе будут позволять использовать все больше нефти не в качестве топлива, а в качестве сырья для производства пластмасс и других материалов, но в любом случае мировые цены на природные ресурсы будут расти.

В таких высокотехнологичных областях, как аэрокосмическая, военная, атомное машиностроение, Россия уже имеет серьезные позиции на мировых рынках и вполне может укреплять их - в этих сегментах производства нашу конкурентоспособность может удержать и повысить только высококвалифицированные, а отнюдь не низкооплачиваемые специалисты. А вот об экспорте автомобилей, компьютеров или телевизоров нам надо забыть. Идея привлечения в Россию инвесторов с целью строительства производств товаров широкого потребления, ориентированных на экспорт, представляется и вовсе абсурдной: в силу климатических и иных условий у нас никогда не будет такой дешевой рабочей силы, как в Китае, Индии или странах Юго-Восточной Азии.

России нужно как раз другое: производить как можно больше товаров и услуг для внутреннего потребления, наполнить ими свой собственный, внутренний рынок, содействовать расширению производства в интересах реального повышения уровня и качества жизни своего, российского потребителя.

Российская модель

С точки зрения объективных российских реалий и интересов населения страны, вырисовывается следующая «национальная» модель (если угодно, ее можно назвать российской): экспорт природных ресурсов и высокотехнологичной продукции, обеспечение существенного роста доходов населения и опережающее содействие росту российского производства с целью насыщения внутреннего рынка отечественными товарами и услугами. Для развития внутреннего рынка требуется рост доходов населения и укрепление (в разумных пределах) рубля - так, чтобы сделать выгодной закупку современного производственного оборудования, плюс широкое развитие потребительского кредитования. О развитии рынка услуг (включая ЖКХ, образование и здравоохранение) следует сказать особо: от него напрямую зависит уровень жизни населения (ведь он складывается не только из товаров, но и из услуг). А без роста доходов населения невозможно запустить механизмы роста рынка услуг.

К слову сказать, все серьезные и неполитизированные западные аналитики применительно к России говорят об одном и том же: одних лишь разведанных запасов российских природных ресурсов хватит на десятилетия, цены на них будут только расти, и поэтому наша приоритетная задача сечас - создать нормальный инвестиционный климат внутри страны, чтобы стимулировать вложение капиталов, получаемых за счет экспорта сырья, в производство, ориентированное на внутреннего потребителя.

В этих целях использование Стабилизационного фонда для погашения внешнего долга и повышения тем самым кредитного и инвестиционного рейтинга России представляется верным решением. То же можно сказать и о «национальных проектах», ориентированных на увеличение доходов, а значит, потребительского спроса наименее обеспеченных слоев населения. В целях защиты своего рынка Россия выдвигает свои условия вступления в ВТО - и правильно делает: у нас нет задачи продвижения своей промышленной продукции на внешних рынках, а для продаж нефти, газа, продукции «хайтека» ВТО не нужно.

Нерешенной остается самая существенная проблема (и реальных попыток ее решения пока, увы, не видно) - создание благоприятных правовых и институциональных условий для долгосрочных инвестиций в отечественное производство.

Суровый диагноз

За полтора десятилетия, прошедшие после развала Советского Союза и хаоса ельцинско-гайдаровской «шоковой терапии», российский бизнес, правовые и государственные институты смогли решить задачу обеспечения текущей работы производств, построенных еще в советскую эпоху. Но для удовлетворения растущего внутреннего спроса этого явно недостаточно. Требуется как можно скорее создать благоприятные условия для долгосрочных производственных проектов. Сейчас обычный срок планирования в российском бизнесе не превышает один год, но для серьезных инвестиций нужны иные сроки - от 3 до 7 лет. Наши институты к этому не приспособлены - на таких сроках у нас пока что, увы, не работает ни корпоративное право, ни налоговый режим, ни финансовая система.

В этой связи значительный интерес представляет официальный перечень рисков инвестиций в России, распространяемый в западных деловых кругах. Подобного рода перечень вручается, в частности, в Великобритании для ознакомления инвесторам, желающим приобрести акции российских компаний или же открыть в России собственный бизнес. Основные пункты этого грустного списка раскрывают как раз те институциональные трудности, которые препятствуют реализации долгосрочных производственных проектов в нашей стране:

- Разграничение полномочий между различными регионами, районами, городами федерального значения и федеральными властями в России до сих пор не очевидно и оспаривается, что зачастую приводит к принятию конфликтующих законов. Особенно это касается регистрации прав собственности и лицензирования, приводя к неопределенности в отношении налогообложения той или иной компании - вплоть до прекращения ее деятельности налоговыми органами.

- За последние несколько лет не снижается число криминальных переделов и «рейдерских» захватов целых предприятий или их недвижимости. Процветает коррупция в правоохранительных, судебных и налоговых органах, обычным делом являются «заказные» расследования и разного рода фальшивые обвинения со стороны государственных органов разного уровня с целью дискредитации конкурентов.

- Слабая банковская система уменьшает доступность твердых долгосрочных кредитов, широко распространена практика ухода от налогов и нехватка эффективных процедур банкротства.

- Законодательство часто трактуется по-разному и избирательно применяется. Правовые нормы, регулирующие экономику, остаются недостаточно разработанными по сравнению с развитыми странами. В стране половинчатые и нечеткие законы, отсутствие четких юридических и административных интерпретаций этих законов, не развита судебная практика. Все это дает обширное поле для коррупции и бюрократического произвола.

- Государство имеет чрезмерно большие возможности давления на судебные органы, что может приводить к неожиданным действиям и решениям по арбитражу. Регулирующие органы всех уровней имеют чрезмерную свободу действий по вопросам интерпретации и применения законодательства и рассмотрения жалоб.

- В стране до сих пор не существует ни центральной системы регистрации предприятий, ни четкого перечня документов, необходимых для регистрации перехода акций от одного владельца к другому. Это означает, что в принципе любой переход собственности из одних рук в другие как государственные органы, так и частные владельцы могут оспорить, ссылаясь на «неправильную» регистрацию сделки. Существует значительная неопределенность в интерпретации российского корпоративного права.

10 тезисов

С учетом многолетнего опыта ведения бизнеса в России вышеприведенный перечень нуждается даже в расширении. Проблему с инвестициями в России нам представляется возможным изложить в виде тезисов следующим образом:

- Интересы среднего и малого бизнеса в России расходятся с интересами крупного сырьевого бизнеса, так как первые заинтересованы в росте доходов населения (увеличение внутреннего спроса), плавном и осторожном укреплении рубля (что делает более выгодным закупки импортного оборудования), в «обелении» зарплаты (при «черной» зарплате невозможно наладить финансовую и кадровую работу), в демонополизации экономики (монополизация выгодна только крупнейшим компаниям), в снятии административных барьеров.

- Для российской экономики сегодня характерны высокий уровень экспорта природных ресурсов при низком уровне жизни и потребления внутри страны, что приводит, в целом, к слабости экономики.

- Устойчивый экономический рост нельзя обеспечить только лишь за счет экспорта природных ресурсов - удвоить добычу нефти или газа невозможно, а вот удвоить и даже утроить внутреннее потребление не только можно, но и нужно. Причем в короткие сроки.

- Долгосрочным приоритетом России должно стать развитие внутреннего рынка. Только такая стратегия способна обеспечить рост уровня жизни населения (со всеми позитивными последствиями), приток инвестиций, а также многократное увеличение стоимости активов внутри страны.

- Для развития внутреннего рынка необходимо как можно скорее решить ряд серьезных институциональных проблем. Прежде всего - доработать корпоративное право. Ситуация в этой сфере сейчас ниже всякой критики. В газетах уже можно завести отдельную постоянную рубрику «Письма обманутых акционеров Президенту, председателю Правительства, Генеральному прокурору и т.д.». Эффективного механизма решения внутрикорпоративных споров в России не существует - его необходимо создать. Требуется разработать законодательство для холдинговых компаний (как в Германии, Швеции, Испании, Австрии и прочих странах с режимом налогообложения, далеким от льготного). Хозяйственное право (для долгосрочных отношений) также нуждается в серьезнейшей доработке. Особенно это касается судебной практики по защите долгосрочных контрактов (необходимо ввести в юридическую практику такие понятия, как «формула цены», «конфликт интересов», «неконкурентное соглашение» и т.д.).

- Требуется создать единые общероссийские надежные реестры прав собственности с системой защиты от недобросовестных действий, упростить процедуры регистрации и залога.

- Госмонополии (РАО «ЕЭС», «Газпром», РЖД) в настоящее время не заинтересованы в заключении долгосрочных контрактов внутри страны. А ведь для получения инвестиционного кредита необходимо иметь контракты на сырье, электроэнергию, газ, ж/д перевозки и т.д. на срок 3-7 лет. Но сегодня ни практики, ни даже желания заключать подобные контракты у госмонополий нет. Ситуацию здесь нужно в корне менять.

- Налоговый режим стимулирует бесконечный ремонт старого, неэффективного и опасного оборудования и, вместе с тем, ставит высокие барьеры для закупки нового оборудования (особенно импортного и особенно для вновь создаваемых предприятий). НДС при ввозе вместе с импортной пошлиной, налогом на имущество и налогом на прибыль приводит к фактическому удорожанию ввозимого оборудования на 40 - 50% Причем все эти расходы компания должна нести еще до выхода проекта на окупаемость, в то время как при использовании средств для ремонта старого, самортизированного до нуля оборудования все эти издержки меньше в разы.

- НДС тормозит инвестиции. Налог на добавленную стоимость требует отвлечения больших оборотных средств для предприятия, ставит мощный заградительный барьер для обновления основных фондов, причем максимальная нагрузка по НДС ложится на предприятия, работающие на внутренний рынок с большой глубиной переработки и высокой долей квалифицированного труда в конечном продукте (в то время как доходы от финансовой деятельности от этого налога вовсе избавлены).

- Такие государственные ведомства, как Роснадзор и Роскомэкология, применяют повышенные нормы для новых производств и пониженные - для старых.

Неудивительно, что при наличии растущего внутреннего спроса и избытке денежного предложения на рынке, банки не могут найти в России заемщиков из среднего бизнеса. Подготовка убедительного ТЭО (технико-экономического обоснования) для среднего бизнеса крайне затруднительна, так как даже при объективно невысоких рисках их невозможно ни просчитать, ни показать потенциальному инвестору. Следует отметить, что речь здесь идет отнюдь не о злонамеренности конкретных монополистов и чиновников, проблема в необходимости комплексной отладки и настройки правовых и институциональных механизмов. Это огромная работа, требующая четкой государственной экономической политики с ясными ориентирами. Простых и быстрых решений здесь нет, но мировой опыт за последние десятилетия накоплен огромный, и его нужно использовать. Особенно актуальным для России в этом плане представляется опыт Евросоюза по отладке правовых механизмов в рамках соцального государства для создания благоприятного инвестиционного климата. Можно сказать, что именно здесь, в сфере конкретной экономической политики, открывается идеальное поле для сотрудничества России с Европой.

Кто возьмется за работу?

Никаких серьезных попыток улучшения ситуации с инвестициями в стране не предпринимается. И даже робкие инициативы по совершенствованию корпоративного законодательства «торпедируются» на корню. Грустно, но факт: среди всего спектра политических сил сегодняшней России не видно тех, кто взял бы на себя заботу по разъяснению и решению вышеизложенных судьбоносных для страны проблем. Государство же, увы, также остается к ним глухо, предпочитая тратить огромные средства на поддержку нерентабельных предприятий (с целью сохранения рабочих мест) - вместо того, чтобы отладить правовые и административные механизмы инвестиций в производство. Интересы России требуют, чтобы проблемы инвестиций были осознаны и механизм внутреннего роста запущен, и тогда в обозримом будущем станет возможным и удвоение ВВП и кардинальный рост уровня жизни российских граждан. И напротив, пока не устранены институциональные и правовые барьеры, препятствующие инвестициям в реальное производство, все разговоры об «экономическом прорыве» останутся пустым звуком.




Центральная редакция:
Адрес: Тел. +7-499-965-69-37, 89197736146, Факс: (495) 641-04-57
Электронная почта:   rosvesty@yandex.ru  
All rights reserved. «Российские Вести» 2002-2018 ©