Уполномоченный заявить

Константин Косачев - верная опора МИДа

Писать о Константине Косачеве - председателе Комитета Госдумы по международным делам очень непросто. Он делает многочисленные заявления практически по всем актуальным проблемам внешней политики России. От официальных позиций по этому же поводу Смоленской площади суждения Косачева отличаются только нюансами: иногда он «тянет одеяло на себя», но это - исключение. Сказываются профессиональная школа, дисциплина, понимание правил игры на «кухне», где вырабатываются внешнеполитические решения. Такова и реакция на работу Комитета Госдумы по международным делам: иногда посланные им «сигналы» достигают цели, часто это просто обычная реакция на заданную тему, как правило, стрельба по воробьям из пушки. Но тут вины Константина Косачева нет.

Вариации на заданную тему

Что такое внешняя политика современной России и на основе какого механизма происходит выработка принципиальных решений? Ответить на этот вопрос чрезвычайно сложно, так как речь идет об элитарном небольшом слое людей, которые действительно определяют основные направления внешнеполитической деятельности страны. Ситуация, при которой нет открытой экспертной оценки, публичной дискуссии, когда по заявлениям Смоленской площади практически невозможно проследить динамику развития тех или иных процессов, говорить авторитетно о внешней политике современной России могут только единицы. Тем более что в политических программах представленных в парламенте политических партий абсолютно не прописаны внешнеполитические разделы (если они и есть, то выглядят очень расплывчато). Отсюда и разброд в суждениях: каждый говорит о том, что думает, чувствует или предполагает. Иногда такие суждения оказываются очень популярными и «захватывают массы». Но это- исключение. Правило: внешняя политика - резерв высших эшелонов власти, которые пытаются пользоваться им тогда, когда оказывается исчерпанным внутриполитический ресурс. Не получается внутри страны, зато все идет нормально во внешней политике.

Но так можно было эффективно работать только в условиях закрытой страны. Сегодня, когда миллионы россиян курсируют по разным поводам по странам и континентам, имеют возможность многое видеть и наблюдать, сравнивать и оценивать, неизбежно рождается свое, возможно, более адекватное представление о России и о ее месте в международном сообществе. Скажем, если парламент сильный, то и его комитеты, включая и по международным делам, становятся серьезными аналитическими центрами по выработке и определению принципов ведения внутренней и внешней политики, ее основных стратегических направлений. Если парламент на практике является всего лишь «приводным ремнем», то соответственно и определяется его место в иерархии причастных к внутренней и внешней политике. Такие заключения, на наш взгляд, важны для того, чтобы определить место в существующей иерархии нашего героя-Константина Косачева, главы Комитета Госдумы по международным делам. Он, конечно, не разработчик внешнеполитических доктрин, не аналитик, имеющий свои подходы (хотя такие имеются, как мы убедились, анализируя многие его высказывания по проблемам внешней политики). Он просто один из главных опорных пунктов, прежде всего, Смоленской площади. Косачев действует в строго определенных рамках: иногда он говорит о том, что Смоленской площади по «некоторым соображениям» говорить нежелательно. С одной стороны, это неизбежно превращает его в определенный «центр силы». С другой - делает чрезвычайно уязвимым в сложной, постоянно меняющейся политической конъюнктуре. И в то же время, учитывая, что именно через Госдуму могут проходить «сигналы», идущие от парламентских структур других государств, появляется реальная возможность для самостоятельного маневра. И в этом весь парадокс момента.