18 - 24 января 2006   № (1-2) 1803-1804 Издается с 1990 г.
Дзасохов как свидетель
Трагедия в Беслане вызывает еще много вопросов
Бывший президент Северной Осетии Александр Дзасохов выступил в качестве свидетеля на возобновившемся в Верховном суде процессе по делу единственного взятого живым террориста Нурпаши Кулаева. Он участвовал в захвате заложников в беслановской школе.

Напомним, что на предпоследнем декабрьском заседании Верховного суда было высказано требование о вызове Дзасохова (на снимке) и ряда других свидетелей. Почему - понятно. В Беслане, да и в Москве уже давно циркулируют слухи о том, что главной целью беслановского теракта являлась попытка «легализации Масхадова». Правда, об этом свидетельствуют не только слухи. Накануне Беслана фигуру Масхадова особенно усиленно «раскручивали» западные СМИ, связывая это с якобы готовящимися переговорами Кремля с чеченскими террористами. Однако одно дело какие-то догадки и аналитические «вычисления». Другое, когда об этом открыто заговорил бывший президент Северной Осетии Александр Дзасохов.

Он сообщил, что в те дни пытался связаться с Асланом Масхадовым через его эмиссара Ахмеда Закаева. «Во время захвата заложников в школе я дважды разговаривал с Закаевым, который в то время находился в Лондоне», - сказал Дзасохов на заседании суда. «До нас дошли слухи, что террористы заявляли о том, что могут посчитаться с мнением Масхадова. Единственным, через кого мы могли связаться с Масхадовым, был Закаев. Из наших телефонных разговоров я узнал, что у Закаева не было односторонней связи с Масхадовым, он связывался с ним через посредников. И лишь 3 сентября в 9 утра по лондонскому времени, а по нашему в 12:00 дня Закаев сообщил о том, что Масхадов готов вылететь в Беслан для переговоров с террористами», - рассказал Дзасохов. Он также заявил, что власти Северной Осетии не располагали информацией о готовящемся теракте в Беслане. «Некоторые участники заседания делают поправки насчет этого, но по документам, которые у нас находились на руках, нам известно, что упреждающей информации о захвате школы в Северной Осетии и тем более в Беслане не было», - заявил Дзасохов. Вместе с тем, по его словам, несмотря на отсутствие информации, власти республики все время ставили в известность вышестоящие органы о «ситуации в республике, которая может ухудшиться». Более того, выясняется, что республиканское руководство неоднократно посылало сигналы в федеральный центр о том, что на территории соседней Ингушетии готовятся теракты, и обращались с просьбой перекрыть административную границу.

Дзасохов, конечно, готовился к своему выступлению в суде и, понимая важность момента, тщательно подбирал выражения, выверял смысл, который они могут нести. Поэтому обнародование информации о звонках в Лондон и беседах с Закаевым - улика, вызывающая много вопросов. Можно смело предполагать, что Дзасохов не решился бы «выйти» на Лондон без санкции Москвы. Значит, центр и местная власть готовились к любому сценарию развития событий в Беслане, включая даже легальные контакты с Масхадовым. Если бы такое действительно произошло на глазах у всего мира, следующим ходом следовало бы ожидать и начало переговоров с чеченскими террористами. Тогда события на Северном Кавказе стали бы развиваться по самому худшему сценарию.

Есть и другие проблемы, о которых пора говорить открыто. Известно, что в последнее время свой доклад о событиях в Беслане представила парламентская комиссия Северной Осетии во главе со Станиславом Кесаевым, а также предварительные результаты своей работы обнародовала комиссия Александра Торшина. Однако ни один из этих докладов не ответил на те вопросы, которые интересуют пострадавших и аналитиков. В первую очередь, речь идет о степени ответственности властей разного уровня не только за многочисленные жертвы и о том, все ли было сделано, чтобы этих жертв избежать. И кто по-настоящему в Москве и в Лондоне стоял все же за «беслановским сценарием», о котором накануне теракта открыто говорили в журналистском сообществе и среди аналитиков?

Ответы на эти вопросы позволили бы избавить общество от нагромождения многочисленных мифов, которые возникли после Беслана. Однако расчет на то, что опубликованные 28 декабря прошлого года сенатором Торшиным данные парламентской комиссии прояснят ситуацию, не оправдался. Пока складывается устойчивое ощущение, что идут поиски «крайнего».

Но самое главное в другом. Показания Александра Дзасохова не корреспондируются с «предварительными» результатами работы парламентской комиссии. Есть только многозначительные намеки самого Торшина, высказанные ранее в СМИ. Что бы все это значило? Пока складывается впечатление, что основными должностными лицами, допустившими халатность, являются только чиновники Республики Ингушетия и Республики Северная Осетия.




 
Конституционный суд сидит...«на чемоданах»?
Правительство РФ подсчитывает расходы на его возможный переезд
По сообщениям информагентств, Конституционный суд России может переехать в Санкт-Петербург только в 2008 году. А в Правительстве считают, сколько будет стоить перевезти на новое место судей и аппарат.

Автор - Николай ПАШКОВ
Центральная редакция:
Адрес: Тел. +7-499-965-69-37, 89197736146, Факс: (495) 641-04-57
Электронная почта:   rosvesty@yandex.ru  
All rights reserved. «Российские Вести» 2002-2018 ©